Главное меню
Главная
Новости
Материалы
Справочник
 
Главная arrow Материалы arrow Психодиагностическое изучение влечений arrow Бескорыстие
Бескорыстие Печать E-mail

 БЕСКОРЫСТИЕ

 

   БЕСКОРЫСТИЕ - человеческое переживание, в основе которого нет эгоизма и выгоды.

 

   Практика психоанализа по лечению неврозов натолкнулась на феномен так называемого бескорыстия - симптома, который обнаруживается отнюдь не у малого числа людей. Пациентов обычно беспокоит не этот симптом, а другие, но связанные с ним - депрессия, утомляемость, неспособность работать, неудачи в любви и т. д.

Э. Фромм отмечал, что зачастую такое "бескорыстие" не только не воспринимается как "симптом", но, напротив, расценивается как одна из черт характера, а именно жертвенность, которой даже гордятся. Бескорыстный человек ничего не хочет для себя. Он живет только для других и гордится тем, что не считает себя каким-то важным. Он озадачен тем, что вопреки его бескорыстию он, в общем-то, несчастлив и что его взаимоотношения с близкими ему людьми не соответствуют его ожиданиям. Он хотел бы избавиться от всех неприятных симптомов, но не от своего "бескорыстия".

 

   Однако анализ показывает, что его "бескорыстие" не существует независимо от других симптомов, не есть нечто отдельное от них, оно - один из них, и в сущности самый важный. Способность любить и радоваться окружающему как бы парализована в человеке. Человек насквозь пропитан ненавистью к жизни. За внешним бескорыстием скрыт почти неуловимый, но оттого не менее сильный эгоцентризм. Такого человека можно вылечить, только если рассматривать его "бескорыстие" тоже как симптом наравне с другими, с тем чтобы можно было сконцентрировать внимание на сфере продуктивности, недостаток или даже отсутствие которой и оказывается действительной причиной, как его "бескорыстия", так и других неблагоприятных факторов.

 

   Природа "бескорыстия" становится особенно прозрачной в процессе воздействия на других, и особенно это касается в первую очередь нашей современной культуры, в процессе воздействия "бескорыстной" матери на ее ребенка. Она убеждена, что ее "бескорыстие" раскрывает ребенку смысл того, что значит быть любимым и что значит любить самому. Между тем эффект совершенно не соответствует ее ожиданиям. Ребенок вовсе не выглядит счастливым человеком, убежденным, что его любят. Он проявляет тревогу, находится в напряженном состоянии, боится вызвать недовольство матери и озабочен тем, чтобы жить согласно ее ожиданиям и надеждам.

Как правило, такие дети находятся под давлением материнской скрытой враждебности к жизни, которую они скорее ощущают, чем осознают, и, в конце концов, проникаются этим чувством враждебности. В общем, по мнению Э. Фромма, результат влияния на ребенка "бескорыстной" матери почти не отличается от результатов воздействия эгоистичной матери. Порою, он оказывается даже хуже, поскольку так называемое бескорыстие матери не позволяет ребенку отнестись к ней критически, т. е. ребенок не имеет возможности искренне осуждать ее за что-то и искренне же обнаружить перед ней свое осуждение. Он живет под постоянным принуждением не разочаровывать ее. Так под маской добродетели его приучают не любить жизнь. Если задуматься о влиянии матери, которая по-настоящему любит себя, то нельзя не понять, что нет более благоприятных условий для ребенка - постижения им, что есть любовь, радость и счастье, - чем быть любимым своей матерью, которая любит и себя тоже.

 

   Как показал Э. Фромм, поняв в общих чертах, что такое эгоизм и что такое себялюбие, мы можем продвинуться в понимании своекорыстия, которое стало одним из ключевых символов современного общества. Данное понятие еще более неопределенно, чем эгоизм или любовь к себе, и единственная возможность внести ясность и понять его истинный смысл - это проследить его историческое развитие. Проблема, следовательно, заключается в том, чтобы обнаружить смысловые составляющие понятия и дать определение обозначаемого им феномена.

 

   Можно охарактеризовать два принципиальных подхода к этой проблеме. Один из них - объективистский - представлен нидерландским философом Б. Спинозой (1632-1677). Философ полагал, что своекорыстие, или "интерес к поискам для себя полезного", есть добродетель. В соответствии с этим принципом интерес человека он видел в сохранении собственного существования, что равнозначно реализации, осуществлению его задатков.

 

   Такое понимание интереса к себе объективно, поскольку "интерес" трактуется не в терминах субъективных ощущений, а в терминах сущности, т. е. объективной природы человека. Человек имеет только один действительный интерес, а именно полное развитие своих задатков, осуществление себя как человека. Но как для того, чтобы любить другого, надо знать его и понимать его действительные нужды, точно так же надо знать и себя, чтобы понимать свои интересы, и то, каким образом они могут быть удовлетворены. Однако из этого следует, что человек может обманываться относительно своих действительных интересов, если он не знает в достаточной мере ни самого себя, ни своих нужд, ни того, что наука о человеке служит основой определения смысла и содержания собственно человеческого интереса к самому себе.

 

   По мнению Э. Фромма, за последние три столетия понятие интереса к себе сузилось до такой степени, что приобрело смысл, противоположный тому, который оно имело в концепции Б. Спинозы. Оно стало отождествляться с эгоизмом, с интересом к материальным доходам, к власти, к удаче. Вместо того чтобы стать синонимом добродетели, его новый узкий смысл превратился в этический запрет. Такое извращение смысла понятия оказалось возможным в силу поворота от объективистского к ошибочному субъективистскому его истолкованию. Интерес к себе стал оцениваться не как присущее человеку свойство, определяемое его природой, его человеческим существованием. Понятие было целиком заменено идеей, согласно которой все, что человек считает представляющим его личный интерес, то непременно и является его истинным своекорыстным интересом.

 

   Нынешнее истолкование личного интереса представляет собой странную смесь противоречащих друг другу понятий. С одной стороны, понятия из учений идеологов периода Реформации Ж. Кальвина и М. Лютера, а с другой - понятия, которые принадлежат прогрессивным мыслителям, начиная со Б. Спинозы. Ж. Кальвин и М. Лютер учили, что человек должен подавлять свой личный интерес и видеть в себе инструмент для божественных целей. Прогрессивные мыслители, напротив, учили, что человек должен быть целью, а не средством для осуществления запредельных (трансцендентных) целей.

 

   В результате человек принял содержание идеи кальвинизма, но при этом отверг ее религиозную форму. Он действительно сделал себя средством, но не воли Бога, а экономической машины или государства. Он принял на себя роль инструмента, но не для Бога, а для промышленного прогресса. Он стал работать и копить деньги, но не ради удовольствия их потратить, а для того чтобы экономить, вкладывать, добиваться успеха.

 

   Однако такое истолкование означало полный разрыв со смыслом этого понятия у Ж. Кальвина и смешение с тем, которое было свойственно прогрессистскому понятию личного интереса, согласно которому человек имеет право - и даже обязан - сделать достижение своих личных интересов главной нормой жизни. Итак, современный человек живет в соответствии с принципом самоотрицания, а мыслит в терминах своекорыстия. Он полагает, что действует ради своих интересов, когда на самом деле его первостепенная забота - деньги и успех. Он обманывает сам себя в том смысле, что его наиболее важные, значительные возможности остаются нереализованными, и теряет себя в поисках того, что, как он считает, является для него наилучшим.

 

   По мнению Э. Фромма, искажение смысла понятия своекорыстия, личного интереса связано с изменением понятия личности. В средние века человек ощущал себя неотъемлемой частью социального и религиозного сообщества, в рамках которого он обретал себя, тогда он как индивид еще не отделился полностью от своей группы. В новое время, когда он столкнулся с необходимостью осознать себя как независимого, самостоятельного человека, его самоотождествление стало для него проблемой. В XVIII и XIX вв. понятие "Я" чрезвычайно резко сузилось, утверждаясь размером собственности.

 

   Человек, живущий в системе рыночной экономики, чувствует себя товаром. Он отчужден от самого себя подобно тому, как продавец отделен от товара, который желает продать. Конечно, он заинтересован в себе, особенно в своем успехе на рынке, но "он" и менеджер, и предприниматель, и продавец, и - товар. Его собственный интерес к себе превращается в интерес к "нему" как субъекту, который выставляет "себя" в качестве товара и стремится получить оптимальную цену на рынке личностей.

По мнению Э. Фромма, "заблуждение корысти" у современного человека не описано нигде лучше, чем у норвежского драматурга Г. Ибсена (1826-1906) в "Пер Гюнте". Пер Гюнт уверен: вся его жизнь посвящена достижению собственных интересов. Он говорит о себе: Да, гюнтское "я сам" есть легион Желаний и влечений, и страстей, Есть море замыслов, порывов к цели, Потребностей... ну, словом, то, чем я Дышу, живу - таким, каков "я семь".

 

   Но в конце жизни Пер Гюнт осознал, что потерял себя. Следуя принципу своекорыстия, он не смог понять, в чем же истинные интересы его Я. Вместо того чтобы сохранить душу, он потерял ее. О нем говорят, что он никогда не был самим собой и потому как сырой еще материал должен подвергнуться переплавке. Он признал, что все время жил по принципу троллей (в скандинавских народных поверьях сверхъестественные существа) "довольным быть самим собой", а не согласно гуманистическому принципу "Быть подлинно самим собой". И он вынужден признать, что в погоне за всеми благами мира, которые, как ему казалось, и были его интересами, он потерял свою душу, самого себя.

 

   Развивая концепцию "бескорыстия", Э. Фромм показал, что искажение смысла понятия собственного интереса, весьма распространенное в современном обществе, вызвало нападки на демократию со стороны различных тоталитарных идеологий. Они заявляют, что капиталистическая система несостоятельна в моральном отношении, поскольку она основана на принципе эгоизма, и всячески расхваливают свои собственные системы, поскольку в них действует принцип бескорыстного подчинения человека "высшим" целям государства, "расы" или "социалистического отечества". Эти критические нападки производят на многих впечатление, ибо многие чувствуют, что счастье не в достижении эгоистических интересов, и потому стремятся к большей солидарности и общей ответственности.

 

   Упадок современной культуры, по мнению психоаналитиков, заключается не в ее принципиальной ориентации на индивидуализм, не в идее, что моральная добродетель тождественна стремлению к осуществлению собственных интересов, а в искажении смысла своекорыстия. Кризис нашей культуры состоит не в том факте, что люди слишком привержены собственным интересам, а в том, что они недостаточно осознают, в чем их действительная выгода; не в том, что они слишком эгоистичны, а в том, что они не любят себя.

 

Источник текста: "Словарь психоанализа".

 
« Пред.   След. »
© 2018 10й КАБИНЕТ
Website Security Test