Главное меню
Главная
Новости
Материалы
Справочник
 
Главная arrow Материалы arrow Милтон Эриксон arrow Мысль и душа в форматном вольере
Мысль и душа в форматном вольере Печать E-mail

 

МЫСЛЬ И ДУША В ФОРМАТНОМ ВОЛЬЕРЕ

(фрагменты статьи «Вечность за 7 секунд»)

 

 

Манский В.В

 

 

Документальный фильм, как я его понимаю,—это изображение и чувства. А телевизионный документальный фильм—это в лучшем случае звук и изображение (где звук первичен), а в худшем—только звук, с формальным отношением к изображению. Многие документальные продукты на российском телевидении делаются таким образом: сначала пишется текст, затем на этот текст нанизывается картинка. А кино делается ровно наоборот: сначала возникает идея, потом снимается материал, затем происходит осмысление этого материала. И только в тех местах, где автор чувствует, что ему необходим некий комментарий, возникает текст. Кинематографист старается сделать картину, которая говорит изображением. Но телевидение не может себе позволить выстроить картину на изображении. Телевидение подразумевает, что любой продукт потребитель может смотреть, находясь в соседней комнате. То есть женщина, которая готовит ужин на кухне, должна быть в курсе происходящего на экране в другой комнате благодаря голосу диктора. И когда она возвращается с тарелкой супа и присаживается рядом со своим благоверным, она вроде бы ничего не упустила. Все, что нужно, она увидела ушами.

Формат также подразумевает, что человек, который включил фильм на 20-й минуте, не должен быть ущемлен по отношению к тому, кто смотрит фильм с первой минуты. То есть ему все должно быть понятно.

Существует еще целый ряд законов: текст должен начинаться не позднее чем на 3-й секунде после титров. Пауза в фильме (если режиссер хочет показать, что прошло много времени, или создать ощущение вечности) не может быть больше 7 секунд. Если она будет больше, зритель уйдет. Трудно представить себе серьезный документальный фильм, в котором режиссер был бы ограничен такими жесточайшими требованиями.

Я как человек, работавший на телевидении и лично душивший документальное кино, превращая его в форматы, понимаю: ситуация стала таковой, что настоящее документальное кино уже невозможно на телевидении. У меня несколько лет назад был слот на канале «Россия» в воскресенье с 17 до 18 часов, в котором я показал лучшее, что есть в российской документалистике, и немного западных картин. Самый низкий рейтинг был у величайшего режиссера документального кино Артавазда Пелешяна. Его фильмы—неформатные. Доля людей, оказавшихся в состоянии находиться в диалоге с происходящим на экране, составила 1,4 процента. Дело в том, что в последние годы зрители стали относиться к телевизору иначе. Даже те, кто готовы получить эмоциональное восхищение или удивление от произведения, не верят, что могут получить их по телевизору. Люди перестали доверять телевизору как собеседнику, соучастнику их персональных переживаний.

Наши телевизионные топ-менеджеры сегодня называют телевизор таким же бытовым прибором в квартире, как стиральная машина и микроволновая печь. И подход к продукту, который туда погружается, соответствующий.

На мой взгляд, самый идеальный формат документальных фильмов—телевидения ВВС. Хотя ВВС тоже работает по принципу: текст первичен по отношению к изображению—там прилагаются особые усилия для создания изображения. Причем так, чтобы запас прочности фильма был не менее 10 лет. Чтобы в течение этих 10 лет картину могли не только показывать на своих каналах, но и продавать другим.

Я, честно говоря, уже даже не понимаю, что движет людьми, которые сегодня работают в документалистике на телевидении: сказать что-либо от себя, от первого лица, режиссер фактически не может и заработать денег тоже (он получает 10 процентов от бюджета фильма).

Как-то я смотрел архив любительских фильмов 60—70-х годов. Все, что я там увидел, меня очень удивило. Это были плохие копии журнала «Новости дня» (помните, перед сеансами художественных фильмов в кинотеатрах показывали такие 10-минутные официальные новости?). Кинолюбители, которых, казалось бы, никто не цензуровал, никто не заставлял снимать что-то определенное, в свободное от работы время брали камеру и снимали не ту жизнь, которая их окружала, а кальку с журнала «Новости дня». Мне кажется, очень часто, когда мы идем по пути формата, мы это делаем, как те кинолюбители. Мы сдаем свои позиции самостоятельно. 

 


 

 

Источник: http://ogoniok.com/5042/22/

 
« Пред.   След. »
© 2018 10й КАБИНЕТ
Website Security Test